Страница 14
Весенне солнце уже прогрело почву, и земля уже покрывалась мягкой зеленью муравы. Зацветали сады. На посаженных вдоль улицах тополях разворачивались первые клейкие листочки. Это радостное проявление жизьни так не вязалось с тем, о чем думали и Косачев и Мехеда. Некоторое время они оба молчали.
Здесь на улице, Мехеда еще отчетливей заметил, как изменился за зиму председатель сельсовета.
Он шел сгорбившись, понуро опустив голову, тяжело передвигая ноги. Чувство щемящей жалости укором отдалось в сердце майора. Нет, он найдет убийцу Лид, во что бы то ни стало найдет, какие бы трудности перед ним не стояли, сколько бы времени это не потребовало!
-Если я не ошибаюсь, Савелий Иванович,-начал Мехеда изжалека, вы коренной житель? Здесьи родились?
-Родился то сдесь,-вяло отозвался Косачев,-а вырос можно сказать безбатченком… Отца в гражданскую убили, мне тогда три годика было. Вскоре и мать умерла. Так и рос, как бурьян у дороги, пастушком у богатых людей. А жизнь пастушка, да еще и круглой сироты, знаете, какая была.
Косачев загляделся на дальнюю степь и умолк, но лицо его несколько оживилось: мимолетное воспоминание о далеком прошлом несколько отвлекло его от неотвязных тяжелых мислей. Вскоре он снова заговорил:
-Теперь-то вспоминаю, и даже не вертися, как выжил. Да, наверное, и не выжил бы, если бы не организовался у нас колхоз и меня в колхозные подпаски не зобрали. Правда, на первых порах тоже приходилось не сладко. Жил на конюшни с конюхами, одежинка хоть и получше, но все же не ахти какая, только и того голод не донимал. Ну, а потом наш колхоз начал крепнуть, организовали при нем для таких как я, интернат, определили учиться. Жадно потянулся я к учебе. И вот что інтересно: начал жизнь пастушком и по этой же линии пошел- на зоотехника решил учиться. В сороковом году получил диплом и, можно сказать, крепко на ноги стал! Сначала заведовал животноводческой фермой, а потом потом избрали меня председателем сельсовета. Я до работы, как и до учебы, жадный был,- жить бы да работать! А тут треклятая война грянула, как гром среди ясного неба.
